Чем больше о евроинтеграции, тем шире блошиный рынок в Кишиневе: Почему столичная барахолка все больше походит на ярмарку отчаяния и безнадеги - и молодые, и пожилые готовы продать последнюю рубашку, чтобы оплатить коммуналку и купить кусок хлеба
Слезы наворачиваются на глаза не только от холодного ветра, - от картины отчаяния и безнадеги на кишиневской барахолке возле железнодорожного вокзала и на рынке “Локомотив” у известного когда-то бассейна хочется рыдать. Каждое обветренное лицо продавца выражает вселенскую боль и страх перед днем завтрашним. Стоят в любую погоду, одетые, как капуста, - в несколько слоев одежды, пританцовывая от холода и затекших мышц. Пытаются улыбаться, когда что-то удается продать.

Вспоминаются блошиные рынки в Лондоне, Амстердаме, даже маленький базарчик в Осло - весело, непринужденно, особый мир любителей ТАКОЙ жизни. Приходят туда обсудить что-то не сильно значимое, поспорить о какой-то вещи, пошутить, похвастаться раритетом, снять на видео купленные на блошином рынке “находки” за несколько евро. Это у них такое кайфовое времяпрепровождение как для покупателей, так и продавцов.
У нас, в Кишиневе, продавцы - а это и пенсионеры, и молодые женщины и мужчины, - выставляют на клееночке, растеленной на земле, все, что можно продать - это и старая домашняя утварь и вещи, и купленный по случаю секонд-хэнд, и собранные по друзьям-соседям вещи, которые с натяжкой можно назвать раритетом.
.jpg)
На блошином рынке Кишинева можно найти практически все. Там и бытовая техника, и вышитые скатерки, и посуда, и инструмент, и игрушки и даже буржуйки, почти все, как говорят у нас с 1990-х, бывшее в употреблении.
И очень много одежды и обуви секонд-хенд! В большинстве своем, именно за ней “охотятся” покупатели - мамы с детьми, пенсионеры, молодежь (как ни странно). На новые одежду-обувь у людей денег нет. Поэтому здесь сложно встретить покупателя с улыбкой на лице. Те же отчаяние и безнадега, как и у продавцов.

Есть, конечно, на “блошке” процентов десять (если не меньше) продавцов из категории тех, кто давно живет собиранием и продажей раритетов или просто старой утвари, либо и того, и другого, что чаще. Конечно, вряд ли вы найдете Мейсенский фарфор, картину Репина или редкого выпуска мишку Тедди для последующей перепродажи на каком-нибудь престижном аукционе. Но британские и немецкие сервизы, изящные голландские часы столетней давности, серебряные вилки-ножи, швейные машинки “Зингер” возраста первой русской революции, хрустальные люстры “из дворца” - вполне можно купить. То, что это стоит в пять раз дороже, чем на барахолках в Европе, - уже второй вопрос.
.jpg)
И есть те, кто уже не первый год собирает старую советскую (или чешскую, или какая подвернется) посуду, крышки на кастрюли, керосиновые лампы, елочные игрушки и прочее, - у них хоть и не редкости по меркам кишиневской барахолки, но вполне в духе традиционного блошиного рынка. Для них это каждодневный труд, работа.
Каждый день выходят на работу и продавцы одежды и обуви секонд-хенд.
И еще сотни, а может, тысячи человек - это те, кто выносит все, что можно продать, чтобы выжить, для них блошиный рынок - последняя надежда.
Если всего три года назад блошиный рынок едва выходил за пределы улочки, идущей от проспекта Гагарина к виадуку, идущему через железнодорожные пути, то сегодня это еще и несколько рядов на тротуарах самого проспекта, и вся привокзальная площадь, и виадук. Даже проезжую часть у вокзала заняли. И что символично - облепили памятник жертвам депортации.
И чем больше у нас кричат о евроинтеграции, тем шире и многочисленнее блошиный рынок. Тут реальное доказательство бездействия властей по обеспечению достойной жизни народа.
Просто картина апокалипсиса…
ДРУГИЕ НОВОСТИ
Поздравительное послание Генеральному секретарю Коммунистической Партии Китая, Председателю Китайской Народной Республики Товарищу Си Цзиньпину с Днем образования Китайской Народной Республики
Бюро статистики Молдовы опубликовало данные по катастрофе в экономике после выборов вместо 15 сентября
Стоимость традиционных ресурсов для отопления продолжает расти, что напрямую затрагивает большинство домохозяйств, которые зависят от них