Главной проблемой Молдовы по-прежнему продолжает оставаться разобщенное общество.
За прошедшие 30 лет независимости сплочённого общества у нас так и не сложилось. Население разбежалось по этническим и языковым квартирам, чем не преминули воспользоваться политические формирования всех оттенков. Они спекулируют на «национальном вопросе», «векторе развития», и каждое работает на свой электорат. В результате этнические противоречия углубляются, а граждане Молдовы не в силах защищать общие интересы.
Одной из главных отличительных особенностей развития политического процесса в конце 80-х — начале 90-х гг. в Молдове и республиках бывшего СССР стала всеобщая мобилизация этничности. Национальное движение было довольно массовым. Начавшись под лозунгами придания молдавскому языку статуса государственного, признания его идентичности румынскому и его перевода на латинскую графику, движение быстро, хотя и на короткое время, втянуло в свою орбиту широкие слои молдавской городской и сельской интеллигенции и студенчества.
На волне этнической мобилизации к власти пришли люди, которые открыто провозгласили курс на национал-сепаратизм. В итоге подобная политика агрессивной борьбы за независимость привела к применению физического насилия и даже гибели гражданского населения в приднестровском конфликте.
Нынешнее молдавское законодательство уважает права меньшинств, но на деле все обстоит несколько иначе. Как отмечают в Совете Европы, Молдова не выполняет в достаточной мере свои обязательства по защите национальных меньшинств, в связи с чем целый ряд проблем остается нерешенным. По мнению европейских наблюдателей, в Молдове остаются широко распространенными стигматизация (навешивание социальных ярлыков) и стереотипы, и, как следствие, сохраняется дискриминация в отношении национальных меньшинств.
Мизерно количество представителей нацменьшинств среди тех, кто имеет политическое влияние, даже если они вполне владеют государственным языком. Здесь уже вступают в игру законы клановости.
Основная проблема касается языковой политики, фактически закрепляющей отказ от молдавско-русского билингвизма. Полностью игнорируется определение места и значения русского языка в правовом и информационном пространстве Молдовы. Хотя стремление понизить статус русского языка, по праву занимающего второе место после молдавского, вряд ли будет способствовать укреплению межэтнического мира в стране, в том числе мер доверия между двумя берегами Днестра.
Попытки национал-радикалов закрыть доступ новому поколению к русскому языку не встречают понимания даже среди титульной интеллигенции. Остается в силе и восточная внешнеполитическая ориентация Молдовы. Ни молдавский народ, ни национальные меньшинства не желают разрыва традиционных хозяйственных, духовных и иных связей с Россией.
* * *
Республика Молдова является многонациональным государством. По данным переписи 2014 года, из 2,9 млн населения страны 75,1 процента составляют молдаване, 7 процентов называют себя румынами, 6,6 — украинцами, 4,6 — гагаузами, 4,1 — русскими, 1,9 — болгарами, 0,11 — евреями, 0,3 — ромами, еще 0,5 процента составляют вместе белорусы, поляки, армяне, немцы, татары.
Национальные меньшинства наряду с мажоритарным этносом — государствообразующий и государствооберегающий фактор для Молдовы. С его исчезновением убираются важные части фундамента несущих стен нашего общего дома.
Подчеркнем тот факт, что в основной массе молдавского народа, независимо от национальности, чрезвычайно редки проявления шовинистических настроений. А конфликт между титульными радикалами унионистского толка и меньшинствами так и не перерос в конфликт межэтнический. И русскоязычные безоговорочно поддерживают сторонников государственности Республики Молдова.
* * *
Де-факто в Молдове существовали и продолжают существовать две группы, ориентированные на противоположные стороны: одна на Восток, другая — на Запад. Последняя, правда, сейчас заметно поредела — за двенадцать лет «евроинтеграции» Молдова превратилась в страну, из которой бегут жители, оставшаяся часть населения едва выживает, а представители истеблишмента воруют миллиарды долларов из бюджета.
Положение в данной области усугубляется тем, что основанием каждой из культурных групп являются различные этносы. Основанием западно ориентированной группы являются румыны, восточно ориентированной — русские и украинцы. Молдаване, можно сказать, колеблются между этими двумя группами.
Страна продолжает биться в повседневной нужде, наступая на те же предвыборные грабли, увлекаясь авантюрами доморощенных политиков, попадая в различные экономические, политические, социальные и даже геополитические капканы.
Вот тут бы хорошо вспомнить, что основная сила любого национального государства — это суверенитет. Но суверенитет имеет внутреннюю силу только там, где он основан на единстве граждан страны. А значит, те, кто здесь живут, должны найти то, что их объединяет. Ведь люди, занятые спорами об этнической и национальной идентичности, не способны отстаивать свои интересы и вместе строить государство, подотчетное гражданам.
Евгений ТАМАНЦЕВ
comunist.md
Главной проблемой Молдовы по-прежнему продолжает оставаться разобщенное общество.
За прошедшие 30 лет независимости сплочённого общества у нас так и не сложилось. Население разбежалось по этническим и языковым квартирам, чем не преминули воспользоваться политические формирования всех оттенков. Они спекулируют на «национальном вопросе», «векторе развития», и каждое работает на свой электорат. В результате этнические противоречия углубляются, а граждане Молдовы не в силах защищать общие интересы.
Одной из главных отличительных особенностей развития политического процесса в конце 80-х — начале 90-х гг. в Молдове и республиках бывшего СССР стала всеобщая мобилизация этничности. Национальное движение было довольно массовым. Начавшись под лозунгами придания молдавскому языку статуса государственного, признания его идентичности румынскому и его перевода на латинскую графику, движение быстро, хотя и на короткое время, втянуло в свою орбиту широкие слои молдавской городской и сельской интеллигенции и студенчества.
На волне этнической мобилизации к власти пришли люди, которые открыто провозгласили курс на национал-сепаратизм. В итоге подобная политика агрессивной борьбы за независимость привела к применению физического насилия и даже гибели гражданского населения в приднестровском конфликте.
Нынешнее молдавское законодательство уважает права меньшинств, но на деле все обстоит несколько иначе. Как отмечают в Совете Европы, Молдова не выполняет в достаточной мере свои обязательства по защите национальных меньшинств, в связи с чем целый ряд проблем остается нерешенным. По мнению европейских наблюдателей, в Молдове остаются широко распространенными стигматизация (навешивание социальных ярлыков) и стереотипы, и, как следствие, сохраняется дискриминация в отношении национальных меньшинств.
Мизерно количество представителей нацменьшинств среди тех, кто имеет политическое влияние, даже если они вполне владеют государственным языком. Здесь уже вступают в игру законы клановости.
Основная проблема касается языковой политики, фактически закрепляющей отказ от молдавско-русского билингвизма. Полностью игнорируется определение места и значения русского языка в правовом и информационном пространстве Молдовы. Хотя стремление понизить статус русского языка, по праву занимающего второе место после молдавского, вряд ли будет способствовать укреплению межэтнического мира в стране, в том числе мер доверия между двумя берегами Днестра.
Попытки национал-радикалов закрыть доступ новому поколению к русскому языку не встречают понимания даже среди титульной интеллигенции. Остается в силе и восточная внешнеполитическая ориентация Молдовы. Ни молдавский народ, ни национальные меньшинства не желают разрыва традиционных хозяйственных, духовных и иных связей с Россией.
* * *
Республика Молдова является многонациональным государством. По данным переписи 2014 года, из 2,9 млн населения страны 75,1 процента составляют молдаване, 7 процентов называют себя румынами, 6,6 — украинцами, 4,6 — гагаузами, 4,1 — русскими, 1,9 — болгарами, 0,11 — евреями, 0,3 — ромами, еще 0,5 процента составляют вместе белорусы, поляки, армяне, немцы, татары.
Национальные меньшинства наряду с мажоритарным этносом — государствообразующий и государствооберегающий фактор для Молдовы. С его исчезновением убираются важные части фундамента несущих стен нашего общего дома.
Подчеркнем тот факт, что в основной массе молдавского народа, независимо от национальности, чрезвычайно редки проявления шовинистических настроений. А конфликт между титульными радикалами унионистского толка и меньшинствами так и не перерос в конфликт межэтнический. И русскоязычные безоговорочно поддерживают сторонников государственности Республики Молдова.
* * *
Де-факто в Молдове существовали и продолжают существовать две группы, ориентированные на противоположные стороны: одна на Восток, другая — на Запад. Последняя, правда, сейчас заметно поредела — за двенадцать лет «евроинтеграции» Молдова превратилась в страну, из которой бегут жители, оставшаяся часть населения едва выживает, а представители истеблишмента воруют миллиарды долларов из бюджета.
Положение в данной области усугубляется тем, что основанием каждой из культурных групп являются различные этносы. Основанием западно ориентированной группы являются румыны, восточно ориентированной — русские и украинцы. Молдаване, можно сказать, колеблются между этими двумя группами.
Страна продолжает биться в повседневной нужде, наступая на те же предвыборные грабли, увлекаясь авантюрами доморощенных политиков, попадая в различные экономические, политические, социальные и даже геополитические капканы.
Вот тут бы хорошо вспомнить, что основная сила любого национального государства — это суверенитет. Но суверенитет имеет внутреннюю силу только там, где он основан на единстве граждан страны. А значит, те, кто здесь живут, должны найти то, что их объединяет. Ведь люди, занятые спорами об этнической и национальной идентичности, не способны отстаивать свои интересы и вместе строить государство, подотчетное гражданам.
Евгений ТАМАНЦЕВ
comunist.md 
